Следствие по делу «барона-разбойника&raquo продолжается…

В июле и августе специалисты Курского археологического музея продолжили раскопки городища Жидеевка в Железногорском районе, о первом этапе которых «ГИ» уже рассказывали осенью прошлого года.
Вместе с курскими археологами и студентами в работах принимали участие сотрудники Железногорского краеведческого музея, Института истории материальной культуры Российской Академии наук, студенты Санкт-Петербургского университета культуры. Мой собеседник, директор Курского музея археологии Геннадий СТАРОДУБЦЕВ, рассказывает:

– Железногорский район с точки зрения выявленных памятников археологии – это большое белое пятно. Разведки проводились давно и весьма локально — по реке Свапе и ее притокам. Жидеевское городище было открыто на реке Усоже в 1972 году, после чего археологической разведки в районе практически не было.

Весной прошлого года на встрече с администрацией Железногорска договорились о проведении раскопок. В местном краеведческом музее археологическая экспозиция к тому времени была очень скромной. Из нескольких вариантов мы выбрали Жидеевское городище, поскольку музей специализируется именно на этом периоде – X – XI века.

Городище по площади сравнительно небольшое, не залесенное, по нашим расчетам, его можно исследовать в течение 2-3 полевых сезонов. В прошлом году вскрыли 72 квадратных метра по берегу реки, обнаружили остатки трех хозяйственных построек, между которыми располагалась ограда. Тогда же выяснилось, что все эти постройки и укрепления сгорели в пожаре.

– От ваших коллег мне приходилось слышать, что Жидеевское городище — это по-своему уникальный объект.

– Во всяком случае, достаточно неординарный. На территории нашей области такой памятник мы находим впервые. Это небольшая, очень хорошо укрепленная усадьба какого-то феодала, окруженная рвом и валом. Возник даже полушутливый термин – «замок барона-разбойника». Судя по всему, это не так уж далеко от истины.

На территории усадьбы обнаружен один-единственный жилой объект, зафиксированы хозяйственные постройки и что-то похожее на скотный двор.

– Как долго просуществовала эта усадьба?

– Сравнительно недолго: где-то со второй половины X века до первой половины XI. Можно лишь предположить, что завершение пришлось на бурные 10-20-е годы XI века, когда соперничали Ярослав со Святополком. Надеюсь, в следующем году картина станет более ясной.

Что касается прилегающего к усадьбе поселения, то здесь мы точно знаем, что оно продолжало спокойно существовать и позже.

Думаю, что по результатам раскопок будущего сезона мы сможем реконструировать объект наших исследований в виде добротного макета для Железногорского музея…

К беседе присоединяется Александр ЗОРИН, кандидат исторических наук, главный хранитель музея:

– Стоит добавить, что жилая постройка в черте городища достаточно нетипична для того времени. Как правило, это были полуземлянки или дома на подклетах. В данном случае все выглядит несколько иначе. Там имеется углубленный в землю погребок сравнительно скромных размеров со ступенями, в стенку врезана ниша, где располагался небольшой бочонок с просмоленным донцем. Назначение этого бочонка неясно: скажем, для медов стоялых. А выше, на поверхности вокруг погребочка, прослеживается очень четкий контур столбовых ямок, который ограничивал общую площадь всего сооружения. Судя по всему, постройка имела своеобразную галерейку-гульбище и крыльцо… Там же обнаружены обломки печи, сложенные, судя по всему, из кусков железной руды, скрепленных глиной.

В одном из сарайчиков были найдены интересные вещи, к примеру, прекрасно сохранившийся плужный нож. Такие на роменских городищах раньше не встречались. Роменцы и северяне пользовались сошниками. Эта находка позволила датировать городище более точно.

Кроме того, было найдено большое количество пряслиц, рыболовные крючки и грузики, острога, височное колечко… Из крупных находок в одной из хозпостроек попались недоделанные жернова. Народ жил, землю пахал, рыбку ловил… Все что нужно, производили сами – натуральное хозяйство.

Интересно, что кухонных отходов на территории городища мы не обнаружили, не было и хозяйственных ям. Судя по всему, все это уносила река.

– Мешали ли вам кладоискатели?

– Жидеевское городище несколько лет было своеобразным полигоном для них. Кладоискатели ездили туда, как на работу. Все поселение изрыто вдоль и поперек, выгребли все что могли. По их рассказам, встречались обрезанные дирхемы, серебреники Владимира, на окраине селища был обнаружен клад. Кое-что они сдали в музей, но наверняка далеко не все… А вот на городище ничего такого не было – только два бронзовых простеньких перстенька. Либо жители ушли и забрали все с собой, либо это городище тщательно и неспешно «почистили» другие.

– Не было ли у вас попыток копнуть глубже X века?

– В этом сезоне выяснилось, что Жидеевское городище – не однослойное. Там, на самом дне, присутствует культурный слой раннего железного века.

– Что скрашивает жизнь археолога в полевых условиях?

– Скажем, в этом году рядом с нашим лагерем прошел фестиваль курских клубов исторического моделирования и фехтования, в котором приняли участие несколько курских клубов. У нас сложились хорошие связи с этими увлеченными людьми. В прошлом году они приезжали на раскоп в Гочево.

– Можно ли рассчитывать, что вскоре объектом внимания курских археологов станет Курск?

– Во всяком случае, наш город по-прежнему остается необъятным полем деятельности для археологов. Но выбор объектов для исследований во многом зависит от возможностей финансирования. Будем надеяться…

Уже в который раз хочется сравнить работу археолога со скрупулезным трудом следователя. Впрочем, с таким же успехом можно провести параллель с деятельностью адвоката и судьи. Однако отсутствие «подследственных» усложняет дело и накладывает на археологов особую ответственность…

http://www.gi-kursk.ru/number/3125/actual/003268/