вторник, 26 июля 2011 г.

Кому народ объявит войну




6 мая премьер-министр Владимир Путин объявил о создании Общероссийского Народного фронта - коалиции общественных организаций, в рамках которой беспартийные кандидаты смогут по списку «Единой России» пройти на выборы 2011 года в Государственную думу. Однако, что примечательно, на первое же заседание Координационного совета Народного фронта пригласили Александра Шохина. Того Шохина, который является, простите за каламбур, воплощением всего того, что народом не является. Очевидно сделал это сам Путин. Соответственно, уже после первого заседания можно просто отложить в сторону эту тему. Смысла в ней будет не больше, чем во всем остальном, что делается нашей властью. Иными словами, его вообще не будет. Фронт сможет выполнять какие-то политические и социальные функции. Но ничего из ряда вон выдающегося.



В общем, у нас чем глупее - тем лучше работает. В принципе это нормально, и я поощряю и полностью поддерживаю все это. Однако в то же время стоит задуматься, что же такое народ. Когда я называю Шохина антитезой народа, это уже в каком-то смысле подводит нас к множеству смыслов, заложенных в само понятие народ.



Любое понятие определяется через отрицание. Оно что-то утверждает и что-то отрицает. Иначе оно не будет иметь вообще никакого смысла. Поэтому оно ограничивает само себя, а что-то оставляет за своими пределами.



Пройдемся по различным уровням этого понятия. Итак, что отрицает народ на первом уровне? Он отрицает другой народ. И это очень важно. Народ является народом перед лицом других народов. Мы - россияне, мы жители Российской Федерации. Мы – народ в той степени, в которой мы не жители Украины или Франции, Европы или Турции. Граница между нами и ними очень конкретно связана с нашим гражданством и государственностью, нашим обществом, нашей культурой и языком. В значительной степени это формирует нашу идентичность. Таким образом, народ противопоставляется другому народу.



С другой стороны народ противопоставлен элите. Народ – это большинство. Элита – меньшинство. И нет таких обществ, где это соотношение перевернуто. Существует ли такое общество, где большинство живет лучше, чем правящее меньшинство? Не существует. Соответственно, под народом, под большинством мы имеем в виду людей в худшем состоянии, чем элита. То есть обездоленных, простых, находящихся на оси социальной стратификации на нижнем и среднем плане.



В зависимости от ширины прослойки среднего класса может меняться представление о том, кто является ядром народа. Однако это всегда низшие страты, всегда большинство. Таким образом, когда мы говорим «народ на втором уровне», мы имеем в виду, что это люди простые, не слишком обеспеченные властью, деньгами, престижем и образованием. Это нижние классы общества.



Как еще можно определить народ? В одном из измерений это этнос. В таком контексте народ означает нечто составное, состоящее из этнических элементов. Эта дробность – целое и части – тоже составляет народ в определенном понятии. В каком? На сей раз в интеграционном. Ведь народ отличается от этноса. Есть этнос – чеченский, аварский, великоросский, калмыцкий. А есть народ – российский, который интегрирует эти этносы. На уровне этноса – различия. На уровне народа – объединение. Интегрирующий характер противостоит этнической мозаике, которая сама по себе может быть взята как нечто самодостаточное. В таком ракурсе народ противостоит дезинтеграции.



И четвертое определение. Чем отличается народ от населения? Народ имеет историю. Население занимает данную территорию в конкретный момент истории – вчера или сегодня. А народ – это исторически непрерывное последование. Это процесс бытия, который связывает между собой временные моменты и может по-разному относиться к населению.



Народ всегда больше, чем население. Потому что у народа есть мертвые предки, которые в нем соучаствуют. А у населения на этом месте мертвые души, и они нигде не описаны. У народа есть потомки, которые методично зачинаются ночами для того, чтобы создавать, населять народом будущие века и будущие циклы. Не будь этой работы истории сквозь народ, у нас не было бы ни исторической памяти, ни заботы о будущем. Народ - это историческое явление, которое противостоит населению как чисто статистической реальности.



Если мы сложим теперь все эти понятия, то мы получим картину многомерного, многоосмысленного народа, включающего в себя:



- противостояние другим народам,



- объединение этносов,



- включение в исторический процесс и



- противостояние элите как меньшинству, находящемся в другом поясе от большинства.



Это очень конкретное понятие - реальность и историческая, и социальная, и геополитическая, и культурная, и социологическая. Ее можно измерить - в общем, это некая математическая и философская конструкция, обладающая всеми признаками бытия.



И если говорить о Народном фронте, то он должен быть фронтом обездоленного большинства против элитного меньшинства. Ультиматум власти, ультиматум элите. Следуйте за народом – и будете элитой. А поедете в Куршевель, приобретете себе выражение лица Михаила Прохорова. И тогда вы будете должны отправиться на конюшню, потому что это лицо оскорбительно и антинародно. С таким лицом человеку в России должно быть опасно даже появляться. Вот в Куршевеле - пожалуйста.



Шохин - точно такое же лицо. Наша политическая элита сплошь и рядом ведет себя оскорбительно и антинародно, потому что принципы, по которым выстроено наше общество, не отвечают интересам народа ни по одному из тех значений, о которых говорилось выше.



Народный фронт мог быть и был бы очень уместен, кем бы он не был провозглашен, если бы он следовал этим линиям. Если бы он выступал за Россию перед лицом других стран, за объединение этносов перед лицом сепаратизма, за обездоленных простых людей против зажравшейся и совершенно русофобской элиты, за историю против сиюминутного потребительского общества.



Это прекрасная метафизическая, идеологическая и мировоззренческая программа. Но, к огромному сожалению, путинский Народный фронт к этому не имеет никакого отношения. Никакого смыслового пересечения с множеством значений народа в этом проекте нет.



Путину логично было бы заняться народным фронтом, а не тем Народным фронтом, которым он занимается. Значение слов и понятий - принципиальное свойство при определении политических процессов. Семантика – вот что ими движет. Если мы с самого начала задаем противоречивые коаны, то девальвируем весь смысл. Вручаем материнский капитал холостым мужчинам. Приглашаем на сборище бедняков каких-нибудь зажравшихся буржуа. Включаем в народный фронт тысячу воров в законе и общеизвестных коррупционеров как наименее запятнанных людей. А значит все заведомо обращено в тупик.



Пригласив Шохина в Народный фронт, Путин закрыл перспективу народности этого фронта. Все: смысла больше нет.



http://gidepark.ru/user/556697085/article/387825